Модель ненасильственного общения

Стенограмма прямого эфира психолога Зои Звягинцевой о модели ненасильственного общения с примерами

Зоя Звягинцева

психолог, групп-аналитик, специалист по интуитивному питанию

“Здравствуйте!
Пока все собираются, пока я настраиваю внутри себя какой-нибудь микрофон и представления о том, что я буду сегодня говорить, я представлюсь: меня зовут Зоя Звягинцева. Я психолог. Несколько лет назад я участвовала в замечательном проекте, проекте «Профилактика насилия», который был организован системой детских семейных домов «Деревня Россия». Мы проводили тренинги, мы проводили работу с мамами, воспитателями и детьми. И эта работа была основана на этом методе, про который я сегодня буду рассказывать – Методе Ненасильственного Общения, модели ненасильственного общения. (1:00)

Что это вообще такое? Почему мне кажется это очень важной, одной из моих любимых моделей в психологии и психотерапии, которые я всегда держу в голове так или иначе, в какой бы модальности я ни работала. Потому что вопрос «откуда берется насилие» – мне он представляется очень важным. Я начала учиться психологии – это было моим не первым, даже не вторым высшим образованием – будучи уже взрослым человеком, 30-тилетней женщиной, у меня уже был ребенок. Я узнала очень много о психологии раннего развития, узнала, что бить детей нельзя. Узнала, как это влияет на дальнейшее развитие ребенка. И при этом вопрос, который остался для меня нерешенным на тот момент времени – все-таки, откуда берется в нас желание ударить, желание обидеть, желание обвинить? И почему это – самое первое, что приходит в голову? И как по-другому? Как можно ИНАЧЕ? Как остановить насилие?
Тогда в 2008м году мне случайно на развале книжного магазина попалась замечательная книжка американского психолога Маршалла Розенберга «Язык жизни – ненасильственное общение». Я взяла ее в руки, и там был ответ на вопрос, который меня волновал. Идея, которую предлагает Маршалл Розенберг на самом деле очень простая. Когда в нас возникают эмоции, которые отражают то, чего нам хочется, отражают то, в чем мы нуждаемся, это как лампочка в авомобиле – говорит о наших потребностях – эти эмоции подталкивают нас к каким-то действиям. Мы хотим добиться чего-то, и иногда это бывает не очень удачная стратегия. А на самом дете то, что мы хотим – это чтобы наша жизнь стала лучше. Чтобы жизнь наша стала лучше, чтобы жизнь людей, которых мы любим, стала лучше.

И собственно, модель ненасильственного общения отвечает на два вопроса. Первый: что сейчас происходит в твоей жизни, моей жизни? Чем ты живешь, чем я живу? На английском это замечательно звучит: What’s alive in you? – что в тебе живо? (4:00). И отвечая на этот вопрос, мы переходим к следующему вопросу. Второй: как сделать, чтобы хотя бы на чуть-чуть прямо сейчас твоя жизнь, моя жизнь стала хоть немного лучше? На самом деле, это основная цель нашего любого общения. И самое главное, это основная цель нашего общения с нашими детьми, с людьми, которых мы любим. Что сейчас происходит в твоей жизни? И как сделать твою жизнь лучше? Маршаkл Розенберг предлагает очень простую систему из трех, четырех шагов. Систему, которая помогает, держа ее внутри головы, в самых трудных ситуациях, построить таким образом общение с кем бы то ни было, чтобы оно привело к тому, чтобы, каким бы сложным это общение ни было, какой бы трудной ни была ситуация, но контакт с человеком остается. (5:00) Я всегда все держу у себя в голове: что происходит сейчас во мне? Что происходит внутри у моего партнера по общению?

Что это за четыре шага? Я постараюсь сейчас, чтобы все это было видно (Пишет на доске маркером п.1 «наблюдение» 5:15).
Первый шаг: наблюдение. Что такое наблюдение? Для того, чтобы ответить на вопрос, что сейчас происходит в моей жизни, мне нужно понять, что вокруг меня происходит? Что я вижу сейчас органами чувств, глазами, что могу унюхать, ощущать, что я слышу ушами? Но очень важно, чтобы мы из наблюдения убрали этот прекрасный человеческий компонент – интерпретацию. Убрали пока наши чувства, нашу оценку происходящего. Первый шаг общения – это понять, (6:00) что происходит без оценки, без оценки, без интерпретации, без призмы, преломляющей ситуацию для нас эмоционально в ту или иную сторону. Как это происходит? Например, на улице идет дождь – это наблюдение. Если я скажу: «на улице кошмарная погода» – это уже будет оценка. Кошмарной погода может быть для меня, а для фермеров, которые ждут дождя как способ полить свой огород – это очень хорошая погода. Да? Таким образом, уже, если я в разговоре с фермером говорю «какая кошмарная погода», уже между нами возникает недопонимание. Уже чуть-чуть – но теряется контакт. Поэтому первый шаг – это наблюдение без интерпретации (7:00), без… нашей оценки, без нашего представления. Это то, что происходит «вне». А что происходит внутри?

А внутри происходят чувства (отмечает п.2 на доске: «чувства» 7:20)
Второй шаг: чувства. И чувства – это тоже очень важная штука, которую тоже очень важно избавить от интерпретации. Это именно чувства, это не мысли. Например, я чувствую грусть, а не так: «Я чувствую, что ты меня не любишь» – это совсем уже не чувства, это мое мысленное построение. Что я наблюдаю? Что ты сделал такого, что я чувствую вот эту грусть и разочарование? (8:00) Ты пришел сегодня вечером без цветов, и я чувствую грусть. Вот этот комплекс – и «ты меня не любишь» – наша интерпретация. И чувства говорят нам об очень важной штуке (пишет п.3 на доске: «потребности» 8:20).

Третий шаг: потребности. Это то, что объединяет всех людей, в чем мы нуждаемся. Мы нуждаемся в еде, в заботе, мы нуждаемся в любви, в том, чтобы делать какое-то дело, которое наполняет нас важными чувствами, наполняет нас осознанием того, что мы помогаем миру, например. Это тоже очень важная потребность. Потребности универсальны для всех людей. Я нуждаюсь в еде, вы нуждаетесь в еде. Я нуждаюсь в том, чтобы дышать (9:00), президент Трамп нуждается в том, чтобы дышать – это то, что нас объединяет. И когда наши потребности удовлетворяются, мы чувствуем то, что называется «положительными чувствами». Когда наши потребности не удовлетворяются, мы чувствуем отрицательные чувства. Таким образом, всё вот это вот (обводит пункты 2 и3 – «чувства» и «потребности») – это то, что происходит внутри. А вот это (обводит п.1 «наблюдение») – то, что происходит снаружи. И это (все вместе – ставит фигурную скобку) – ответ на вопрос: «Чем ты живешь? Чем я живу?»

Четвертый шаг этой модели – это вопрос на ответ, как сделать мою жизнь лучше, твою жизнь лучше? (записывает на доске п.4 «стратегия», «просьба» 9:20)
Четвертый шаг: Стратегия. Просьба. И мы или придумываем какую-то стратегию, или просим кого-нибудь о чем-нибудь. (10:00). И эта «стратегия-просьба», она отвечает на вопрос про потребность: какая твоя потребность не удовлетворяется, как можно ее хотя бы на чуть-чуть удовлетворить прямо сейчас?

И теперь – самое интересное. Мы переходим в ситуацию трудного общения. Я специально нарисовала в начале эти (первые три пункта) пока еще такие пустые слова – просто для того, чтобы у нас сейчас была эта модель и чтобы я могла потом, на нее опираясь, что-то рассказывать. (рисует человечка 10:35) Что происходит в ситуации общения? Предположим, это (на доске) мама, которая в чем-то недовольна своим ребенком. А это такой ребеночек, который как-нибудь напроказничал. (11:00) Что-то происходит… он, предположим, сделал, какое-то нехорошее, черное облако (между ними) – и это описывается наблюдением (п.1.). И что-то происходит внутри каждого из них. У мамы есть сердце (рисует красным), которое чувствует, которое плачет, которое переживает эту ситуацию… И внутри мамы есть потребности, которые не удовлетворяются, потому что что-то происходит такое (показывает на тучку между ними), что теряет… ее удовлетворение этих потребностей. Внутри ребенка тоже что-то происходит (рисует ему внутри сердце), у него тоже есть чувства. И тоже каким-то образом его потребности удовлетворяются или не удовлетворяются. (12:00)

Почему мне кажется, что эта модель очень очень важная и значимая? Потому что за ней стоит очень много глубоких психологических процессов, с которыми мы сталкиваемся прямо с момента рождения. Когда младенец рождается, у него пока нет никаких представлений о том, что его ждет в будущем. Все окружающее кажется ему катастрофическим, кажется ему чем-то пугающим, бесконечным, нет ощущения времени, нет ощущения спасения. Но приходит мама, которая начинает с помощью своего взрослого сознания, как психоаналитики говорят, взрослого эго, называть предметы вокруг него. И мир становится более понятным. И мама говорит: «Я слышу, ты плачешь, ты расстроился. У тебя, наверное, мокрый памперс, и тебе холодно. Я сейчас тебе поменяю памперс, миленький, и тебе будет хорошо. Или покормлю тебя, и ты успокоишься». (13:00) Мама обозначает мир, обозначает проблему своим взрослым представлением о том, что происходит, своим взрослым контактом с психикой ребенка. И дальше говорит о том, как можно сделать жизнь лучше. И ребенок, взрослея, этому учится. Он учится осознавать, что происходит внутри него, что происходит с ним. Он через какое-то время начинает замечать, что не только внутри него есть какие-то чувства, но и мама испытывает какие-то чувства. И для этого тоже очень важно, чтобы мама говорила о своих чувствах. Говорила открыто о том, что она чувствует, и о том, происходит внутри нее. (14:00) И ребенок постепенно учится, взрослея, замечать то, что происходит в нем самом, замечать и понимать, что нужно для удовлетворения его потребностей. Какая оптимальная эффективная стратегия для того, чтобы эти потребности удовлетворить и что происходит внутри другого человека, близкого человека.

Как можно помочь моему близкому человеку справиться с тем, что происходит в нем? Как я могу стать (показывает на доску) частью ответа на вопрос «Как сделать твою жизнь лучше». Потому что, пожалуй, самая большая радость – это знать, что нужно близкому человеку. И дать ему это.

Сейчас мы с вами попробуем разобрать очень трудные ситуации. К сожалению, мне пока никакого примера никто в комментариях не прислал, поэтому я буду соображать на ходу из тех примеров, которые я очень люблю. (15:00) Например, я очень люблю такой простой и всем известный пример, когда есть ребенок и есть беспорядок. А вы знаете, что дом с детьми – это все равно как зимой снегопад: сколько ни расчищаешь – снег все равно еще падает… И конечно, каждая мама хочет, чтобы ребенок принял участи ев том, чтобы немножечко убраться в своей комнате. И не всегда это получается. В ход идут страшные слова «Как тебе не стыдно» и, как говорила моя мама, «ты же девочка», «почему у тебя в комнате такой бардак?» Я выросла, у меня свои дети и теперь я сталкиваюсь с той же самой проблемой: я захожу в комнату своих детей, а там «бардак». (16:00)

Но перед этим я познакомлю вас со своими ассистентами. Обычно, когда я провожу тренинги по ненасильственному общению, то кто-нибудь обязательно из аудитории мне помогает, приводит свои примеры и так далее. Здесь, в прямом эфире, у меня нет такой возможности. Но у меня есть прекрасные животные, с которыми я вас сейчас познакомлю. Это специальные животные как раз тоже из модели ненасильственного общения. (демонстрирует две куклы 16:35) Это шакал. А шакалы, они такие чудесные животные, которые, в общем, очень похожи на нас. Шакал привык в жизни как добиваться своего? Нападать, кусать, отбирать. Потому что иначе как добьешься чего-нибудь хорошего? Если шакала напугать, то шакал убежит, испугавшись. (17:00) И шакал, на самом деле, очень похож на меня (смеется) в обычных ситуациях, когда я действую, используя насилие: пугая, обвиняя и использую стыд: «Как не стыдно, ты же девочка…»

У меня есть и другой помощник. Это жираф. Это прекрасное животное. Маршалл Розенберг очень любит говорить о том, что у жирафа самое большое сердце из наземных позвоночных. Я «испорчена» биологическим образованием, я знаю, что у жирафа не самое большое сердце – самое большое у слона. (18:00) Но у жирафа самое сильное сердце. Потому что у него очень высокая шея, ему приходится кровь толкать туда-сюда на очень большое расстояние. Поэтому стенка сердца жирафа очень сильная, и специальная мускулатура, поверьте мне. И этим сильным сердцем жираф может, во-первых, выдерживать очень сложные ситуации без того, чтобы злиться. Во-вторых, он может послушать, что происходит в сердце другого человека. Он может храбро, потому что жираф – очень сильное животное, одной ногой способен убить льва – может раскрыть свое сердце и рассказать о том, что волнует его, о своих уязвимостях. (19:00) И с помощью жирафа и шакала мы попробуем потренироваться на этой модели.

Предположим, все-таки, мы начнем не с того, что у нас есть жираф, который прекрасно может вот так вот говорить о наблюдении, чувствах, потребностях, – и высказывать просьбу. А мы говорим о том, что в комнату моих детей пришел шакал. И говорит: «Послушай, что это за бардак? Сколько это может продолжаться? Я горбачусь на вас, на работе устаю, а у вас нет ни стыда, ни совести. Почему так сложно помочь матери и хотя бы немножко убраться?» (20:00) Знакомая ситуация, да? Что в ответ может сказать мой ребенок? Он может залезть под стол и спрятаться. Он может ответить мне: «Ну а чё… А я не знал… А я тут вообще уроки делаю. Ну ладно… Ну чё ты развопилась»… Когда я говорю оценку, когда я говорю, используя вину и стыд, или запугивание, например («Пока не уберешься, никакого похода в кино») – мой партнер по общению, прекрасный шакал, начитает обороняться, начинает защищаться – и мы теряем контакт.

Как можно действовать по-другому?
Первое: как сформулировать наблюдение? Что такое вообще «бардак в комнате»? (21:00) Кто-нибудь может мне это рассказать? Для кого-то он бардак, а для кого-то творческий беспорядок. Когда я захожу в комнату и вижу, что под кроватью лежат носки – угу, говорит мой партнер по общению, потому что они там лежат – и мы можем это видеть и наблюдать. Дальше: грязная чашка стоит на компьютере. (Шакал кивает) Твоя одежда свалена кучей на столе, а к нам сейчас придет бабушка (!) Это я говорю опять наблюдение. И дальше я говорю о своих чувствах: Слушай, у тебя тут все накидано… (22:00) (Тут я ловлю себя… «накидано» – это опять моя интерпретация – это может быть аккуратно сложено, просто таким образом). Твоя одежда лежит стопкой на кровати, носки лежат на полу, и придет бабушка сейчас. (Показывает п.2 на доске) Что я чувствую сейчас по этому поводу? (Все еще говорит от куклы шакала) Я ужасно злюсь, я ужасно беспокоюсь, потому что мне очень хочется, чтобы у нас дома было чисто (показывает п.3 на доске) и бабушка порадовалась, как у нас дома все хорошо. Пожалуйста, помоги мне сейчас убраться (показывает п.4 на доске – «просьба»). И тут мой партнер по общению говорит «Нет», что часто бывает. Но нас это останавливать не должно, потому что идея того, что мы хотим от общения, – как сделать мою жизнь лучше и твою жизнь лучше тоже. И твою жизнь лучше (обращается к шакалу, который все еще у нее на руке). Как это сделать? И когда партнер по общению говорит «нет» в ответ на мою просьбу, это означает, что эта стратегия не работает для его потребности. (23:00) И сначала то, что мне нужно сделать, это понять то, что происходит в нем.
Я уже рассказала, что происходит во мне и предложила ему помочь мне убраться. Он не соглашается, что-то идет не так, да? Выясним, что у него происходит. «Слушай, одежда сложена кучкой на столе, кружка стоит на компьютере, скоро придет бабушка, а я вижу, что ты сидишь и смотришь Ю-тьюб (говорит шакалом) на ай-падике… Тебе хочется сейчас отдохнуть? Ты пришел из школы и тебе хочется отдохнуть»… Да… «Хочется отдохнуть, хочется какого-то уединения, чтобы тебе не мешали?..» «Да» – говорит мой партнер по общению. «Слушай, но сейчас придет бабушка, и я очень сильно беспокоюсь. Я понимаю, что тебе нужно отдохнуть (показывает поочередно п.2, п.3 на доске), что ты пришел из школы и это очень важно для тебя сейчас (24:00). Можем мы 15 минут вот прямо сейчас попробовать убраться? Быстро, прямо по таймеру? Потом я от тебя отстану. Годится?»

Для простоты, поскольку у нас очень мало времени, представим, что мой партнер по общению согласился, мой ребенок сказал «Да». Потому что, в общем, когда общение строится таким образом, с уважением относясь к собственным чувствам, с уважением относясь к чувствам ребенка, то сопротивление возникает очень редко. Но конечно возможно, что это будет не сразу. И тем не менее, когда вы продолжаете говорить о том, что вы чувствуете, что чувствует ребенок – контакт не теряется, этот диалог не теряется.

Но мне бы хотелось успеть сегодня поговорить еще и о другой ситуации. И пожалуй, я сейчас попрошу выключить компьютеры всех взрослых (25:00), и остаться только подросткам. От 14 до 90 – сколько бы вам ни было лет – но если вы оказываетесь в ситуации, что это к вам приходит мама, которая говорит о том, что бардак в комнате, сколько это может продолжаться, как тебе не стыдно, ты же девочка… Или: твои дети ничего не делают, целыми днями пялятся в ай-пад, что происходит? Какая ты мать?! Вот если к вам приходит в гости такой партнер по общению (снова разговаривает шакалом, на другой руке), и вы оказываетесь в этой ситуации подростком – то я прошу вас остаться. Потому что мне бы хотелось поговорить сегодня и об этом. Как это может помочь? …Шакал, он, в общем, у него внутри тоже кровоточащее сердце. (26:00) Он тоже чувствует, тоже испытывает потребности, и он тоже очень страдает от того, что эти потребности не удовлетворяются. Мы помним, что он пытается удовлетворить потребности вот таким вот способом (кусает себя шакалом за руку) – обычным: укусить, отобрать, добиться своего. Не всегда это срабатывает к сожалению для шакала. Обычно он встречает сопротивление и борьбу. Обычно, мы на него ужасно обижаемся. Мы даже перестаем с ним общаться иногда. Но как ему помочь? Помочь ему помет перевод на язык ненасильственного общения., на язык того, что происходит сейчас вокруг нас и что происходит с ним. Как мы можем описывать эту ситуацию? Как мы можем описывать то, что происходит с ним?

Итак, бабушка дошла до нашего прекрасного дома и увидела все то, что мы не успели спрятать по разным шкафам и углам. И бабушка приходит и говорит: «Боже мой! Какой у вас бардак! (27:00) Как ты можешь! Твои дети опять не делают уроки, они вон валяются с ай-падиками. А ты? Почему ты даже посуду помыть не можешь?! Хозяйка тоже называется… Как я тебя вырастила?..» И мы можем ответить…. И при этом мы говорим о своих чувствах и о чувствах своего партнера по общению. Но поскольку что-то происходит у него болезненное, раз он так ярко, эмоционально об этом говорит, то мы сначала выслушаем его. Попробуем посмотреть на мир его глазами. «Слушай, да, кружка стоит непомытая в раковине. И мои дети делают сейчас не уроки, а сидят и смотрят Ю-тьюб. ( 28:00) Да. И ты беспокоишься сейчас по этому поводу?» Тут мой злобный шакал, возможно, он кивнет, возможно он просто замолкнет ненадолго… Но если он кивнет и замолкнет, я пойму, что я попала. Похоже, что мой партнер по общению беспокоится. Бабушка беспокоится. (Обращается к шакалу) : «Ты беспокоишься?» – шакал кивает головой. «Тебе бы хотелось, чтобы был порядок?» – Шакал снова кивает головой. «Тебе бы хотелось, чтобы был порядок и гармония, потому что это в каком-то смысле про безопасность дома?..» – (Шакал отвечает) Да! И чё ты не можешь помыть посуду?!.. «Да… Если бы я помыла посуду, то было бы чисто…» – Да! Вот именно это я и имею в виду! Вот если бы ты помыла посуду, было бы чисто! (29:00) «Послушай, когда я слышу, ты говоришь, что я не мою посуду и я плохая мать, мне очень больно. Мне хочется с одной стороны того же, что и тебе – мне хочется, чтобы дома был порядок – а с другой стороны, мне хочется очень и уважения, и контакта с тобой. Мне хочется, чтобы мы сейчас попили чаю и поговорили. А потом я помою посуду. Давай так?»

Возможно, эта ситуация слишком идеальна, чтобы быть правдой. Возможно, у вас так не получится, сразу по крайней мере. Я пока приглашаю вас попробовать. Не верить мне на слово, а попробовать. Попробовать сказать о какой-нибудь своей проблеме этими четырьмя простыми шагами. Может быть, начать с начала, с конфликта, который происходит внутри вас. Потому что, собственно, когда у меня дома бардак, я же так себя и чувствую. (30:00) И эта мама может быть не пришедшая откуда-то снаружи – прекрасная бабушка или прекрасная свекровь – это может быть голос в моей голове, который говорит мне: «Какая я мать? Если у меня дети уткнулись в ай-падики, а посуда не мыта? Какая я хозяйка? Этот конфликт может быть прямо внутри моей головы. И тогда я думаю о том, что внутри меня есть разные чувства: с одной стороны (показывает п.2 на доске – «чувства»), я чувствую беспокойство, я злюсь на себя, потому что мне хочется порядка, гармонии. Мне очень хочется быть хорошей матерью. Даже не то, что мне хочется быть «хорошей» матерью – мне хочется, чтобы у моих детей все было хорошо. А с другой стороны (показывает п.3 на доске – «потребности»), то, что я чувствую, когда позволяю себе просто лежать и не мыть посуду – это облегчение, это отдых. (31:00) И порой я нуждаюсь в этом. Потому что мне нужно отдыхать. И вопрос в том, что мы можем попробовать найти стратегию (п.4 – «Стратегия. Просьба») такую, которая удовлетворит и эту сторону (маму на рисунке), и эту (ребенок). И мою потребность в отдыхе (показывает на ребенка), и мою потребность в чистоте (показывает на изображение мамы). Например, я решаю, что я сейчас 15 минут помою посуду, а потом спокойно лягу отдыхать.
Мила, я вижу Ваш комментарий: Ребенок в гостях и бьет другого ребенка и взрослых. Эта ситуация как раз, когда первый шаг – это не начинать прямо там, в гостях, в присутствии с другими детьми, с ребенком разговаривать…, а постараться его изолировать. (32:00) Например, физически, унести его. Попрощаться с друзьями, попрощаться с хозяевами и вывести своего ребенка на улицу. Дать ему возможность передохнуть. Потому что когда есть агрессия, как правило, есть какая-то эмоция, которая выливается в агрессию. И очень важно понять, что за этой эмоцией. Может быть, ребенок устал. Может быть, он злится, потому что ему некомфортна эта атмосфера, ему небезопасно. Может быть что-то другое. В каждой ситуации по-разному. Но первое, что нужно сделать, это физически постараться остановить. (комментарий автора вопроса: Я сказала этому ребенку, что мне неприятно и обидно, когда меня бьют) Да, можно сказать ребенку, когда ты меня бьешь, мне неприятно и обидно. Мне хочется безопасности, хочется спокойствия. Пожалуйста, отойди от меня. Можно постараться сказать об этом не ребенку, а его родителям. Если Вы смотрели эфир Марины Травковой, там может оказаться ответ на этот вопрос. Потому что действительно, когда мы разбираемся с такими взаимодействиями, лучше говорить об этом со взрослыми, с родителями ребенка.

Спасибо большое, что вы были сегодня со мной, выдержали мой несовершенный рассказ. «Несовершенный рассказ» про себя – это «оценка»…

Спасибо вам большое, что вам интересна эта тема и что вы хотите понять, как можно иначе. Я очень надеюсь, что если у вас остались какие-то вопросы, вы напишете их в комментариях, я постараюсь на них ответить в ближайшее время.
Всего доброго. До свидания!”

Опубликовано на странице проекта “Стопнасилие_можноиначе”

Sharing is caring!

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *